Экскурсия по еврейскому кладбищу Триеста. Сторителлинг тур

Говорят, что лучше всего начинать рассказ с самого начала. И это то, что делает тур интересным.

Исследуя истории своих предков, от ветвей дерева до корней, прокручивая историю в обратном направлении в поисках своего дома, обеспечивается ощутимая связь с памятью и наследием.

В 2026 году исполнится 790 лет с тех пор, как евреи поселились в Триесте. Самый старый из имеющихся официальных документов, в которых упоминается еврейское поселение, восходит к 1236 году и состоит из нотариального акта, в котором упоминается хозяйственная сделка, совершенная неким епископом Джованни: он заплатил еврею Даниилу Давиду, который то истратил их на борьбу с ворами.

Первое еврейское кладбище в Триесте восходит к 1446 году, когда израильтянин из Триеста, Михаил, купил участок земли. Древнее кладбище росло в размерах, пока на протяжении веков не заняло часть холма Сан-Джусто.

Когда император Иосиф II приказал разместить кладбище за пределами города, еврейская община начала хоронить своих умерших на нынешнем месте (с 1843 года).

Кладбище известно в еврейской традиции как «бет олам», то есть дом вечности; мертвых нельзя эксгумировать, а могилы нельзя осквернять. Поэтому, когда муниципалитет Триеста захотел превратить холм Сан-Джусто в парк, древнее кладбище было перенесено. По этому случаю были спасены несколько саркофагов раввинов середины восемнадцатого века, а также 800 погребальных камней.

Примечательно разнообразие стилей, используемых при строительстве гробниц, варьируется от древнего Египта до Греции, от сирийского до мавританского, от готики до ренессанса, чтобы затем перейти к классическому девятнадцатому веку, сецессии, деко и, наконец, до модернизма следующих десятилетий.

Первые усыпальницы, которые встречаешь сразу у входа, самые монументальные и представляют собой семейные «ограды».

Именно здесь, в этом пышном и скрытом саду вечности, с 1843 года покоятся некоторые из самых влиятельных семей Триеста.

Эппингер — первый владелец Ла Бомбоньера,  Сток и Касали (завод по производству спиртных напитков Stock), Модиано — игральные карты и многие другие напоминают нам об ушедших временах, когда еврейская община Триеста насчитывала 6000 человек со всего мира.

От Греции, Северной Африки, Восточной Европы, Германии до Португалии. Эти семьи были частью среднеевропейской души Триеста. Это также монументальный пример космополитической и многонациональной истории города, учитывая наличие надгробий с надписями на латыни, чешском, русском, немецком, английском языках и даже одного с библейским стихом самаритянским алфавитом. Это свидетельствует о том, что еврейская община пополнялась новыми семьями из Каринтии, Германии, Польши, Турции, а с годами кладбище пополнялось и надгробиями, написанными на разных языках.

Но между надгробиями и стеблями есть сюрпризы: истории мужчин и женщин, инкапсулированные во времени благодаря деталям эпиграфов, гербов, последних жестов.

На большинстве могил есть говорящие знаки отличия — предмет, так или иначе относящийся к семье, например благословение рук Коэнов, классические «гербы», таких как песочные часы, мотылек, альфа/омега, уроборос, масонские символы. Фрагменты далекого мира, но не так уж отличающегося от настоящего.

После смерти, как и при жизни, самые богатые семьи Триеста, включая Морпурго, Коэн-Ара, Луццатто живут в роскошных домах.

На этом месте находится мемориал Холокоста, две каменные колонны с именами жертв. На кладбище похоронены Элио Шмитц (брат Свево) и Умберто Штайндлер, капитан корабля, который в 1930-х годах спас 150 000 евреев.

Целые семьи были похоронены вместе, став жертвами периодических эпидемий холеры в Триесте, а разрушенные колонны повсюду напоминают нам о сломанных жизнях маленьких детей.

В тени высоких кипарисов, покоится могила юной Маргарет Арнштейн, известная в еврейской общине как могила позора. Юную девочку, умершую от туберкулеза, похоронили в очень необычной гробнице, состоящей из искусно вырезанного мрамора, покрывающего ее тело, усыпанного ромашками и розами. Сквозь погребальное покрывало можно почти увидеть тело под ним, особенно лицо и ноги. Это было неприемлемо в еврейской традиции, которая запрещала любое телесное упоминание о смерти.

Еще одна могила, вызывающая любопытство, — это могила Моисея Хиршеля, известного как «нищий». Хиршель долгое время имел дело со средствами на благотворительность еврейской общины, но он также был очень щедрым филантропом. В Триесте он управлял значительным количеством имений, был владельцем Большого театра, сегодня Театра Верди. В 1807 году Хиршель стал свидетелем ужасной трагедии, случившейся в том самом театре, который он позже купил. Его молодая жена и его мать, пришедшие в театр на спектакль, были зарезаны сумасшедшим.

Моисей Фуксель, гражданин еврейского происхождения, надгробие которого украшает лавровая ветвь, перевитая сломанным якорем, был капитаном австрийского флота. Он участвовал в экспедиции Максимилиана Габсбурга. В еврейской общине нет недостатка в известных женщинах, например, Фиорина Луццатто Коэн, связанная с поэтом и историком Сэмюэлем Дэвидом Луццатто.

Ее дочь Ирэн Коэн Луццатто, эмигрировавшая в США, впоследствии станет матерью одного из величайших мэров Нью-Йорка Фиорелло Ла Гуардиа, именем которого до сих пор носит имя один из аэропортов города. И, если вы любите Джеймса Джойса, вам будет интересно узнать, что Амалия Поппер, любимая ученица Джойса, также похоронена здесь вместе со своим отцом Леопольдом, который был вдохновителем Джойса для его персонажа Леопольда Блума в романе «Улисс».

Еврейское кладбище в Триесте не только бесконечно красиво, но и бесконечно. Около 12 000 надгробий разбросаны среди растущего леса. Найти отдельные камни — загадка. За воротами ждут джунгли, но они не могут скрыть той славы воспоминаний, на которую могли рассчитывать близкие зажиточного среднего класса и великой буржуазной культуры.

® Уникальность:

• Захватывающие истории: каждая остановка раскрывает личные истории, триумфы и горести, которые захватывают воображение.
• Скрытая история: многие из этих историй неизвестны даже местным жителям — от изобретения любимого пироженого для императрицы до глобальных политических связей.
• Искусство и культура: вы узнайте, как еврейские художники и меценаты повлияли на культурную самобытность Триеста.
• Человеческая драма: семьи, такие как Бруннеры и Виванти, раскрывают, как богатство, верность, любовь и трагедия пересекались с европейской историей.

Этот тур раскрывает сердце еврейской общины Триеста и замечательных людей, которые сформировали город — и не только.

Окунитесь в мир, где история говорит через каждый надгробный камень. В этом туре вы увидите не просто имена, высеченные в камне, — вы встретите поэтов и патриотов, художников и филантропов, семьи, разорванные войной, и жизни, которые формировали империи. Вы будете смеяться, восхищаться и, возможно, даже плакать, когда перед вами развернутся истории мужества, любви, амбиций и потерь.

Это больше, чем просто посещение кладбища — это путешествие сквозь человеческое сердце, живая связь с прошлым и окно в необыкновенные жизни людей, которые оставили неизгладимый след в Триесте и во всем мире.

Присоединяйтесь к нам и откройте для себя скрытые истории еврейской общины Триеста. Пройдите по тропам памяти, станьте свидетелем того, как оживает история, и увезите с собой истории, которые вы никогда не забудете.